Черный ирис

Это история о том, как однажды Правитель, Эстет и Бунтарь нашли свой цветок. И нет, не сказка, а земная и реальная коллаборация художницы Александры Надежкиной и дизайнера одежды Марии Воробьевой.

Все началось с желания выйти за рамки привычного. Александра хотела создать что-то, чего еще никогда не рисовала, а Мария — найти уникальный и узнаваемый символ для бренда одежды Empyreal Mary («Эмпириэл Мэри»), который только что запустила. Они встретились будто по подсказке Вселенной… чтобы выяснить, что абсолютно не совместимы. Легкие пастели Саши с мягкими оттенками, ветерком и облаками ну никак не ложились на концепцию марки.

— Сначала я посмотрела на все эти одуванчики и подумала: «Красиво, но куда я этот цветочек себе прицеплю?» — смеется Мария. — Вообще не понимала, как нас соединить!

Утрируем бедра

В «Дальневосточной галерее дизайнеров» она подводит нас к небольшому рейлу со своей первой коллекцией. Шесть образов, 12 предметов. Девять из них — черные.

— Для меня это не пустота, а квинтэссенция всех цветов, — объясняет дизайнер. — Моя палитра — монохром: черный, белый и серый. С редкими вкраплениями бордового, розового, серебра и золота.

Мария пришла в дизайн из имиджмейкинга. У нее как у стилиста была авторская методика на основе архетипов личности. Всего их 12: Маг, Мудрец, Любовник (Эстет), Правитель, Творец, Простодушный (Мечтатель), Бунтарь, Искатель, Заботливый (Опекун), Славный малый, Герой (Воин) и Шут. Она одевала людей в соответствии с их архетипами, и все отлично работало. А потом захотелось большего.

— Оставить какое-то наследие своего авторства, — говорит Мария. — Одно дело, когда собираешь образ для клиента: как только он распадается, твое авторство закончилось. А здесь ты создаешь материальные вещи — так, как их видишь и чувствуешь.

В итоге она выбрала три самых близких к себе архетипа (в финал вышли Правитель, Бунтарь и Эстет) и построила концепцию вокруг них.

— Правитель и эстет — в первую очередь про черный цвет, — раскрывает ее дизайнер. — Бунтарь — тот же черный, но в нестандартных формах и посадке. То есть четкие линии у нас от Правителя, Эстет их гармонизирует, а вот утрированные плечи на пиджаках и бедра на юбке, удлиненный рукав — это от Бунтаря.

Чистым листом оставалось только единственное светлое пятно коллекции — белая рубашка. И одуванчики с ромашками ей не подходили.

Когда помог… рентген

Начались непростые поиски точек соприкосновения. Александра пробовала разные варианты. Сначала, например, рисовала лица и фигуры.

— Делаю эскизы, смотрю — получается рубашка с «Вайлдберриз», — вспоминает Саша. — Или реклама из девяностых.

Мария кивает: отдельно красиво, а на одежде слишком обычно: такое уже есть у всех. Тогда она сказала: «Ты же про природу! Давай соединять твою природу с моей эстетикой». И Саша вдруг выдала: «Черный ирис!».

Что это «оно», обе поняли сразу.

— Я вспомнила работы профессора Таскера — американского радиолога 1930-х годов, который делал снимки цветов в рентгеновских лучах, — говорит художница. — Они получались такие изящные, тонкие, полупрозрачные, будто привидения. Так меня вдохновили, что я решила сделать что-то в этом духе.

А Мария признается, что, когда увидела варианты и прочитала про символику черного ириса (он воплощает тайну, трансформацию, силу, мудрость и защиту), ощутила мурашки на коже:

— Поняла, что это максимально точное попадание, прямо сто из ста! У Шанель камелия, у Александра Маккуина роза, а у меня будет черный ирис.

Основной эскиз Александра создавала, что называется, в прямом эфире — прямо на торжестве в честь открытия бренда. Причем не пастелью и пальцами, как обычно, а кистью и разбавленным акрилом в акварельной технике.

— На самом деле это привычный для меня способ, — раскрывает она секрет. — Я же делаю акварельную основу для своих пастелей, так что все знакомо.

Империя и уголь

Сейчас уже доработанный рисунок готов к оцифровке и печати на одежде. Рубашкой дело явно не ограничится: цветок у Правителя, Бунтаря и Эстета появился надолго. Тем более что Мария собирается превратить бренд в семейную империю (не зря же он так звучит).

— Моей дочери восемь с половиной лет, и она уже очень любит создавать аксессуары: кольца, браслеты, серьги, — делится дизайнер. — Когда даешь ей профессиональные материалы, творит такие удивительные вещи! Так что с первого дня говорю: это семейное дело, которое продолжится в моих детях и внуках.

— Ну а если в архетипах не сойдетесь? Она придет и скажет: «Мама, я Шут»?

Мария смеется:

— Тут право выбора я оставлю за ней.

Что касается Александры, то ее коллаборация подтолкнула к экспериментам с черно-белой гаммой.

— Мне всегда была интересна графика, я с нее начинала, — отмечает художница. — Теперь хочу что-то в черно-белом варианте, углем, на больших форматах. Обсуждала это с коллегами по творчеству, и они удивились: «Саша, как же ты без цвета?» А я, как видите, хорошо!