Марафон специального назначения

Взятие села Мирного в ДНР бригада спецназначения из Хабаровска группировки войск «Восток» начала с зачистки опорников ВСУ на подступах к населенному пункту. Чтобы максимально использовать фактор внезапности, штурмовые группы до рубежа перехода в атаку шли пешком 40 км, оставаясь невидимыми. Командир отделения с позывным «Баха» рассказал корреспонденту «СН» про обстановку, в которой спецназ добился выполнения боевой задачи.

Марафонскую дистанцию штурмовики специального назначения прошли за трое суток. В те дни облачность не препятствовала работе вражеских дронов, что осложняло и замедляло движение наших воинов. Непосредственно перед позициями ВСУ нужно было преодолеть два километра по открытой местности, с чем парни справились на отлично.

— Ребята, кто первыми у нас шел, сразу захватили в одном месте на «открытке» двух пленных и допросили их, — вспоминает Баха. — Потом мы зашли в густую лесополосу рядом с селом шириной сто метров, можно сказать — лес. Расположенный там ротный опорник раньше занимали украинские танкисты, много снарядов нашли. До села от этой «зеленки» оставалось меньше двухсот метров.

Разбившись на малые группы, штурмовики заняли ближайшие дома, обеспечив накопление сил. Когда условия для атаки были созданы, началась работа по противнику. Стало понятно, что ставка на скрытное перемещение сыграла на все сто.

— Там сработал эффект внезапности. Противник не ожидал, что мы уже в населеннике. Да, когда наша первая группа штурмовала опорник и зачистила его, по ней начал работать противник. Но остальные прошли в село скрытно, — вспоминает командир отделения.

Баха занялся организацией связи штурмовых групп с командованием. Потеря управления в решающий момент операции была недопустима, и он, работавший на киевском направлении в 2022 году как радист-разведчик, переключился на новую задачу.

Одна из групп захватила еще двух пленных из 141-й механизированной бригады ВСУ уже в селе: мобилизованного и опытного, воюющего с 2023 года и прошедшего натовскую подготовку.

— Пленный рассказал, что они должны были просто слушать и наблюдать за обстановкой. То есть они до сих пор не поняли, что начался штурм, — поясняет Баха. — Связи между подразделениями ВСУ на том участке, получается, не было, они не обменивались информацией. 

Больше всего проблем при организации связи спецназу доставляла вражеская аппаратура радиоэлектронной борьбы, а также постоянное воздушное наблюдение за селом, которое противник начал вести, когда осознал реальную обстановку. В какой-то момент точка, где работал Баха, была раскрыта, поэтому воин был вынужден переместить оборудование и обеспечить его функционирование на новом месте.

— Выносную антенну я делал внутри здания, ставил на собранную из подручных средств мачту и вытягивал ее в окошко. Естественно, предварительно все замаскировав, — рассказывает штурмовик. — В том здании я пробыл примерно неделю, все это время противник пытался его разобрать артиллерией, ночными сбросами с «Бабы Яги» и FPV-дронами. Взрывы уничтожали вынос, сжигали антенны, а на улицу выйти было сложно. Поэтому я каждый раз выбегал после обстрела, монтировал замену, маскировал. А всего на той БЗ перебирался в новое помещение три раза. Группам никак нельзя было потерять связь с командованием.

Участвуя в СВО с самого начала, действуя в обстановке, когда каждый день может стать последним, Баха хорошо помнит разные боевые эпизоды и важные события. Самый тяжкий груз на сердце — потеря боевых товарищей, говорит воин: «Служил с человеком, он был рядом. И в один момент его уже нет».

Командир отделения ценит знакомство с новыми людьми. С такими, в которых он уверен, как в себе самом, и с которыми даже находиться рядом приятно. Работающей как одно целое «двойке», группе, роте, отряду и даже бригаде трудно что-либо противопоставить. А в основе такой целостности рождающееся в боях братство. Быть может, это и есть главная составляющая успешных действий подразделений специального назначения в любых, даже самых непростых, условиях.